Руки из глины

Сделать дом внутри больше, чем он кажется снаружи — не новая идея. Периодически она приходит в голову всем фантастам подряд. А уж сколько жителей коммуналок и просто небольших квартир мечтают об этом!
Маг Егорий один из немногих, кто может позволить себе это чудо на практике. Правда, ему все же пришлось оббить парочку порогов, чтобы утвердить перепланировку. За одни только голубые глаза такого разрешения в нашем мире никто не даст.
Вот только требовалось все большее и большее расширение пространства. Штат сотрудников Егория неумолимо рос. Не раз он хватался он за седую бородку клинышком, восклицая, что скоро все его клиенты станут его же сотрудниками и тогда можно уходить на пенсию.
Шло очередное расширение офиса-приемной мага Егория. На этот раз потребовалось две комнаты для маленьких ведьмочек. Мамам не с кем было оставить малюток, когда они уходили на работу. А девочки обладали такой силой, что весь район ходуном ходил. Вот и попросили крайне полезные сотрудницы доброго шефа соорудить малюсенький детский сад.
Егорий вздохнул и пообещал потратить на это свое драгоценное время.
И именно когда маг стоял, засучив рукава, а кругом летела строительная пыль, и визжали сверла, к Егорию протиснулась Зиночка.
— Там… Кхе-кхе… Плачет… Кхе-кхе… Экзамены скоро…
Совершенно не разобравшись, кто там и у кого экзамены, Егорий ринулся в кабинет. Он не мог позволить, чтобы в его приемной рыдали клиенты. А комнаты и сами достроятся. Процесс-то уже запущен.
Наскоро приведя себя в порядок и вытряхнув из волос пыль, маг попросил Зиночку пригласить клиентку.

Егорий очень удивился — клиентка была не одна. Он сразу припомнил телефон знакомого семейного терапевта. Но оказалось, что спутник клиентки гораздо моложе и имеет с ней явное сходство. Сын, понял маг. Придется пока отложить терапевта и недостроенную комнату. Раз маме необходима поддержка сына в походе к магу — это нечто чрезвычайно серьезное.
— Располагайтесь. — Предложил маг, стараясь рассмотреть, что же случилось с женщиной. Вроде все в порядке. Перьев только вокруг нее многовато. Ангел что ли?
— Садись. — Велела женщина мальчику. Тот сел. На лице его ничего не отразилось. Зато мама озабоченно вскинула брови и поправила смявшийся рукав сына.
Так проблема не у нее, понял маг. А перья — это просвечивает мать-наседка.

— И с каких пор у тебя это началось? — обратился Егорий к мальчику.
— Давно. — Ответила за него мать. А сам парнишка только равнодушно прикрыл глаза, как будто его совершенно не интересовало, что его привели к магу и собираются над ним колдовать. — С самого детства почти. Мы с отцом его просим, он делает. Хороший, послушный мальчик. Только сам ничего не делает. Если я не прослежу, он и не поест и спать не ляжет. А я так переживаю за него! Летом у него экзамены, а как он их сдаст? Я ведь не смогу сидеть рядом и сказать ему, чтобы он отвечал.
— Экзамены, говорите… — Егорий прищурился. Он обладал превосходным зрением. Но сейчас старался воспользоваться новым изобретением — всевидящими линзами. Получалось пока не очень. Одно было видно точно — парнишка не человек.
— А личная жизнь у вашего сына есть?
— Ну какая личная жизнь? — фыркнула мама. — Неужто я с ним на свиданки буду ходить? Отец пробовал, но у него терпения не хватило.
— Хорошо. — Егорий постучал пальцами по столу, призывая свиток, читающий ауры. — А к окулисту, лору водили?
— Да, ежегодно обследование проводим, все в порядке. — Кивнула женщина, довольная, что все сделала правильно.
— Механических повреждений нет. — Пробормотал Егорий. Свиток показал ему ровную и чистую ауру, как у Будды. Никаких колыханий. Придется прибегнуть к физическому контакту. Хотя этого маг страсть как не любил.
— А вы говорили ему думать самостоятельно?
Егорий обошел стол и подошел к мальчику.
Положил руку ему на плечо. Оно оказалось холодным и тяжелым. Встроенные в руку мага кристаллики принялись определять состав, из которого состоит мальчик.
Женщина рассказывала, что множество раз говорила сыну «Когда же ты будешь думать сам?».
— Формулировочка вас подвела. — Вздохнул маг. — Нужно было давать прямой приказ. Дело в том, что ваш сын — голем.
— Что? — глаза женщины опасно заблестели. — Мне порекомендовали вас, как хорошего специалиста, а вы оскорбляете нас!
— Ничуть. — Маг сделал успокаивающий жест и в воздухе проявился аромат лаванды и еще чего-то навевающего мысли о морском прибое. Женщина немного отступила, а Егорий продолжил. — Дело в том, что по какой-то нелепой случайности ваш сыр родился глиной.
— Говорила я ему, что копание в огороде до добра не доведет. — Буркнула женщина и выжидающе посмотрела на мага.
— Вы и сами знаете, что пока глина не обожжена — из нее можно слепить хоть горшок, хоть тарелку, хоть человечка. Этим вы и занимались — лепили, как умели. А потом обожгли.
— Как? Мы его в огонь ни разу не бросали!
— Где вы больше всего любите проводить поучающие беседы с сыном? — Спросил маг и вылил в воздух порцию правдоведа. Он редко использовал эту смесь, но сейчас нужна была только правда. Как иначе помочь мальчику. Женщина задумалась, вдыхая коварный аромат.
— У нас традиция — не ссорится дома. Поэтому мы всегда берем его на прогулку и там рассказываем как и почему он не прав. Совмещаем приятное и неприятное.
— Насколько я знаю, солнце — самый горячий из огней. — Улыбнулся Егорий, стараясь смягчить свои слова. Женщине и так тяжело. Она сейчас и думает только правду. — Ваш сын стал големом достаточно давно, но все еще можно что-то исправить. Мальчик послушается моего приказа или только вашего?
— Только моего. — Подумав, сообщила женщина. — И мужа.
— Тогда попросите его выйти вон в ту дверь — Егорий указал на только что созданную дверь. — И побыть там минут десять.

Дело в том, что комнаты, задуманные для ведьмочек были особые. Взрослые, находящиеся в других комнатах прекрасно видели и слышали что там происходит. А вот тем, кто находится в комнате, ничего не доходило. Если только говорящий не хотел, чтобы его слова дошли до затворника в детской.

— Знаете ли вы, как поступали с негодными игрушками, изготовившие их мастера глиняных дел? — сразу перешел к сути Егорий, едва за мальчиком закрылась дверь. — Они топили их в ближайшем водоеме, в надежде, что снова достанут оттуда глину.
— Вы предлагаете утопить моего сына? — ужаснулась женщина.
— Да нет же, — поморщился маг. Правдовед все еще действовал и теперь это было не очень-то удобно. — Нам нужно вернуть его в состояние глины.
— И слепить что-то другое, — понятливо кивнула женщина.
— Нет-нет! — быстро сказал маг. — И позволить ему слепить себя самому!
— Разве глина умеет лепить себя сама?
— А мы спросим у вашего сына. Потом, когда он вернется.
— Откуда?
— Из путешествия, в которое я его отправлю.
— Что вы! Мы не настолько богаты! — запротестовала женщина.
— Ему не нужно будет никуда уезжать. А от вас потребуется только одна вещь. Скажите сыну «Думай сам». Сейчас. Громко и желайте при этом, чтобы он вас услышал.
— Я могу остаться с ним? — прошептала женщина, выполнив указание мага.
— Только если уверены, что не сорветесь и не броситесь ему помогать.
— А ему грозят опасности? — мать сжала руки на груди.
— Ужасные. — Егорию совершенно не доставлял удовольствия этот разговор. Но быть садистом и циником — удел любого врача. Даже магического.
— А сколько он у вас пробудет? Может еды нужно принести? А посещения возможны? — посыпала вопросами женщина, на глазах обрастая перьями.
— Около недели. Не нужно. Только если уверены в своей стойкости, — маг твердо и вежливо повлек клиентку к выходу. Ему уже самому не терпелось вернуться к экспериментальному лечению голема. — Зиночка вам все объяснит. Жду вас через неделю.

По расслабленному лицу мальчика то и дело мелькала улыбка.
— Интересно, куда тебя занесло? — вслух подумал маг. Он уже час стоял, прислонившись головой к прозрачной стене, и следил, чтобы у парня все было в порядке. Скоро его должен был сменить помощник. Но Егорию почему-то не хотелось уходить. Он ловил себя на мысли, что и сам прочь отправится в такое путешествие. Прожить жизнь с самого начала и так, как нравится тебе. Общество и волшебников затягивает в сети, особенно если они хотят жить среди людей.
— Где бы ты ни был, сейчас у тебя все правильно, — сказал Егорий улыбающемуся подростку.

Прошло уже полгода с тех пор, как мальчик-голем вышел из недостроенной комнаты для юных ведьмочек, самостоятельно помахал магу рукой и скрылся за дверью.
Егорий все ждал, когда же паренек проявится. Невозможно быть обычным человеком, если ты лепил себя сам.
И дождался. В кабинет без стука и сопровождаемая гневным воплем Зиночки, влетела мать бывшего голема. Она снова была вся в перьях, но на этот раз то были крылья счастья и любви к сыну.
— Он и сам бы рад к вам прийти, но очень — очень занят! — выпалила женщина, будто Егорий успел задать вопрос. Маг призадумался, не открылись ли у нее от счастья экстрасенсорные способности? — Мы так вам благодарны! Вот!
Женщина поставила перед магом миниатюрную фигурку. Это была статуэтка самого Егория. Только поза была не типичная для мага. Он как будто завис в воздухе, сгруппировавшись для падения, но не падая.
И маг вспомнил. Именно в такой позе сидел на стуле маленький голем, в комнате, где из-за стены слышно то, что хотят, чтобы ты услышал.
— Сам сделал, — еще не отдышавшись проговорила женщина.
— Я вижу, — дрожащим голосом ответил маг. И перевел взгляд на крылатую мать глиняного гения.

Share on Facebook
[`yahoo` not found]
Bookmark this on Google Bookmarks
Share on LinkedIn
[`evernote` not found]

Закладка постоянная ссылка.

Добавить комментарий